Джастин Бальдони высказался после урегулирования своего юридического спора с Блейк Лайвли, связанного с фильмом “Все закончится на нас”. Адвокат Бальдони Брайан Фридман ранее назвал это соглашение “полной победой”, а в судебном документе, по данным People, говорилось, что Лайвли отозвала свои оставшиеся иски, но не выплатила Wayfarer 300 миллионов долларов компенсации, которую требовали руководители фирмы.
В среду, 8 июля, Бальдони записал видеоролик вместе со своей женой Эмили, в котором впервые высказал свое мнение о судебной тяжбе после того, как она завершилась.
Мы не высказывались публично большую часть времени, и это не потому, что нам нечего было сказать. Каждый раз, когда мы собирались снять подобное видео, нам хотелось высказаться, но что-то подсказывало нам этого не делать, — начал Джастин. — Просто не было подходящего времени, мы обсуждали это, размышляли об этом и молились об этом.
Сейчас самое подходящее время, — поддержала его Эмили.
Заявления пары прозвучали почти через два года после того, как в декабре 2024 года Лайвли подала в суд на Бальдони, обвинив его в сексуальных домогательствах и мести. Бальдони отрицал обвинения и подал встречный иск на 400 млн долларов против Лайвли, ее мужа Райана Рейнольдса и их пиарщицы Лесли Слоун. Этот иск впоследствии был отклонен.
Нам пришлось бороться со многими вещами и пытаться понять многое, например, как такое вообще могло произойти? Не говоря уже о том, чтобы это было замаскировано под борьбу за права женщин. Столько всего нужно осмыслить, — высказалась супруга Бальдони.
Она рассказала, что они с Джастином пережили “много травмирующих событий”, из-за которых им трудно говорить об этом открыто.
Скажу лишь, что за последние пару лет было сказано так много болезненных вещей. Это вызвало столько шума, и мы не хотели его усугублять. Поэтому мы просто хотели позволить системе правосудия действовать согласно закону. Мы исцеляемся. Если вы когда-либо переживали травмирующее событие, вы знаете, что исцеление не происходит по прямой линии. Каждый день оно выглядит по-разному. Нам пришлось переосмыслить для себя, что реально, что важно. И это наша семья, это наши друзья, это наше сообщество, которые были рядом с нами, это наша вера. Мы стали ближе, преданнее и непоколебимее в своей вере, чем когда-либо прежде, — заключил режиссер.