RU
Редьярд Киплинг писал: «У меня есть шесть верных слуг. Я им обязан всем. Их имена: Кто? Почему? Когда? Как? Где? и Что?» — и невозможно придумать лучшую характеристику детского ума. Ребенок начинается с вопроса. С того самого «А у вас?», которым герои стихотворения Сергея Михалкова перекидываются на скамейке, пока «делать было нечего», — и из этого вырастает целый мир: от гвоздя в кармане до Красной площади за окном.
Любопытство — не свойство характера, а двигатель цивилизации. И Тина Канделаки знает об этом не понаслышке: еще в проекте «Самый умный» она помогала юным эрудитам превращать простое детское «почему?» в настоящую интеллектуальную силу. Теперь, в программе «Умнее всех» на телеканале «Пятница!», этот подход звучит по-новому: дети от 6 до 14 лет доказывают, что эрудиция не обесценилась — даже в эпоху интернета, скроллинга и искусственного интеллекта.
Почему телефон в школе — не зло, а симптом; правда ли, что за каждым юным знатоком змей стоит родитель, который не отвернулся; причем тут Дональд Трамп, чеховские яблони и способность не стареть вместе со своими детьми — обо всем этом в нашем разговоре.
Тина, есть мнение, что в эпоху нейросетей и поиска в один клик классическая эрудиция обесценилась. Как вы спорите с этим в программе «Умнее всех»?
Не только мы спорим с этой тенденцией, но и весь мир. Во Франции, Италии, Нидерландах, Испании, Бразилии, Австралии, России и многих других странах запретили использование телефона в школах. И это неминуемая тенденция, потому что иначе происходит расфокусировка внимания при получении знаний, которые составляют базовый минимум для любого человека, чтобы получить профессию, работать, социально развиваться. И в этом плане программа «Умнее всех» — доказательство того, что дети, которые в большей степени находятся в офлайн-мире, с точки зрения знаний выглядят гораздо убедительнее, нежели те, которых называют iPad Kids. Я знаю, о чем говорю, потому что, например, мой младший сын, конечно, понимает, что есть телефон и планшет, но знания он получает, находясь в абсолютном офлайне.
Среди участников программы были знатоки вексиллологии, серпентологии, ментальной арифметики — областей, в которые большинство взрослых никогда не заглядывали. Дети открыли для себя эти темы сами? Или за каждым стоит родитель-энтузиаст?
Вексиллологов у меня очень много. Их знание флагов поражает. У них просто прекрасная визуальная память, которая пригодится как навык на протяжении всей жизни. Думаю, это дети, чьи родители очень внимательны к их интересам. Опять же могу сказать про себя. Мой сын интересуется динозаврами. Как следствие, благодаря динозаврам он вышел на палеонтологию. Благодаря палеонтологии — на биологию и зоологию. Сфера его интересов сегодня максимально разнообразна, любопытно и интересно все. Поэтому я уверена, что у детей, выбирающих необычные темы, есть очень любящие родители, которые поддерживали их интересы, и они развились — и в серпентологию, и в вексиллологию, и в ментальную арифметику, и в любые другие знания.
За столько сезонов вы наверняка встречали самых разных детей. А было ли хоть раз ощущение: «Ну, теперь меня уже ничем не удивить»?
С детьми всегда интересно разговаривать. И я считаю, что поддерживать их интересы нужно как можно дольше, потому что это позволяет ребятам бесконечно развиваться, а родителям не стареть и тоже развиваться — вместе со своими детьми. Это взаимодействие постоянно возвращает к какой-то из тем, которую ты когда-то пропустил, потому что не было времени, а с ребенком тебе дается шанс открыть для себя что-то интересное заново.
Вы говорили, что современные дети — другие, более свободные, открытые. Интеллектуально они отличаются от тех, кто приходил еще в «Самый умный» десять лет назад?
Новое поколение быстрее. Ускоряется время, потребление информации, коммуникация. Ускоряются не дети, ускоряемся мы все. Время ускоряется. Все стало гораздо быстрее.
Бывают участники, которые знают ответ, но теряются перед камерой. Как вы помогаете ребенку в такой момент?
Новое поколение детей выросло с телефоном, все они снимают ролики, видят себя на экране с очень ранних лет. Это наблюдается и в новом поколении игроков: они не боятся камеры.
Если в 2003 году эрудит — это тот, кто прочитал энциклопедию, а в 2026-м — тот, кто умеет фильтровать интернет, что программа «Умнее всех» должна проверять в первую очередь: объем памяти или умение думать?
Эрудиты и 2003-го, и 2026-го — это те, кто умеет думать и выстраивать стратегию. Потому что умение думать позволяет активировать тот объем памяти, который необходим, чтобы показать определенный результат.
Если бы вы сами сейчас встали за игровой стол как участник, какой блок вопросов был бы для вас самым опасным?
По математике. (Улыбается) Хоть я себя все время тренирую и стараюсь считать в уме, сложные алгоритмические уравнения в качестве вопроса вряд ли дадут мне возможность мгновенно ответить. А вот истории и литературы не боюсь.
В чем, на ваш взгляд, главная ловушка для эрудита — переуверенность, привычка опираться на стереотипы, страх ошибиться?
Ни то, ни другое, ни третье. Неуверенность. Она присуща и эрудитам. Но в целом ловушки здесь нет, потому что любой опыт для ребенка в «Умнее всех» — позитивный. Он тренирует свои навыки, в первую очередь те самые легендарные soft skills, которые важны при найме на работу. Поэтому здесь нет никаких ловушек, есть только плюсы, и они очевидны.
Были ли в подготовке нового сезона моменты, когда вы спорили с экспертами насчет того, что считать «правильным знанием» или «честным вопросом»?
У нас очень дружная команда, мы не спорим между собой. С Ирой Ионовой, режиссером программы, я знакома более 20 лет, мы с ней делали еще «Самый умный». У нас целая группа людей перепроверяет ответы, которые могут быть просто еще одной точкой зрения или еще одним вариантом ответа на данный вопрос. В таких случаях мы очень внимательны и останавливаем игру, чтобы все проверить.
Какой вопрос из всех сезонов вы бы назвали «идеальным» — такой, чтобы одновременно проверял эрудицию, логику и заставлял думать на ходу?
Сложно ответить. Особенно учитывая, что за 7 сезонов у нас отыграло более 27 тысяч вопросов. Но, конечно, самые лучшие — вопросы финального раунда. Именно они включают в себя все те критерии, которые вы упомянули. «Идеальный», я почти уверена, у нас впереди, а вот из последних самых запоминающихся могу назвать «звездный вопрос» от Павла Воли: «У Антона Чехова было очень много поклонниц, которым дали смешное прозвище. Оно связано с именем писателя, а, возможно, еще и с тем, что Чехов был страстным садоводом и выращивал яблоки. Назовите это прозвище». А вот вопрос из моего любимого раздела «естествознания и сотворения мира»: «Еще 1000 лет назад острова Новой Зеландии населяли всего несколько видов млекопитающих: летучие мыши, морские львы и котики. Какое первое наземное млекопитающее появилось в Новой Зеландии примерно 800 лет назад?». Это очень красивые вопросы.
Представьте: вам нужно за 30 секунд объяснить ребенку, зачем вообще тренировать эрудицию. Что бы вы сказали?
Читать, читать и еще раз читать! Это лучше всего тренирует эрудицию. Как говорил известный советский педагог Василий Александрович Сухомлинский, связывая знания с развитием личности: «Знания по каждому предмету несут в себе воспитательный потенциал для становления, формирования живого, творческого ума».
Вы часто оказываетесь в ситуациях, где нужно быстро принимать решения и опираться на знания. Есть ли у вас личная стратегия ума — какой-то свой способ структурировать информацию, чтобы не растеряться?
Я как руководитель уже давно нахожусь в ситуации, где все жанры исследованы и вопрос только в том, можно ли что-то оптимизировать, условно говоря, какие риски при запуске чего-то нового существуют. Не знаю, что такое стратегия ума, но точно уверена, что надо как можно плотнее общаться с людьми, которые отвечают на каждом отрезке за реализацию того или иного проекта, и быть в курсе всего. Тогда при возникновении любой проблемы понимаешь, как ее решить. Нам и лед приходилось заливать за ночь, и туалеты устанавливать после урагана в Латинской Америке. Это экстраординарные ситуации, при которых главной стратегией является прекрасно описанная в книге Дональда Трампа — «Трамп никогда не сдается».
Если бы пришлось выбрать одну область знаний, которую вы сознательно стали бы прокачивать в ближайший год — не для работы, а для себя, — что бы это было?
Языки, потому что изучение иностранных языков эффективно формирует нейронные связи. Я многие годы занимаюсь английским, но времени, например, читать по-грузински или погрузиться в армянский у меня нет, а было бы неплохо. Ну и в целом я всегда мечтала учить испанский или французский, но пока времени для усидчивого обучения, к сожалению, не могу найти.
Какой самый неожиданный источник знаний вы открыли для себя в последнее время?
А новых источников знаний нет. Главным, еще со времен Гутенберга, является книга. Я про новую литературу не буду говорить, но вы просто посмотрите на тех же Стругацких и бум вокруг экранизации «Трудно быть богом». Насколько она вызвала дискуссию в обществе о том, хорошо это или плохо, правильно ли поняли суть произведения создатели сериала. Мы с телеканалом ТНТ имеем отношение к созданию проекта «Полдень» — его сейчас тоже все будут обсуждать. Это говорит о том, что дискуссия в обществе о тех произведениях, которые давно стали классикой, постоянная. И каждая вызывает поток новых знаний, поиск ответов на вопросы, что есть смысл жизни и ради чего стоит жить и бороться.
Если посмотреть на ваш профессиональный путь, в какой момент вам пришлось переучиваться сильнее всего? И что оказалось сложнее: забыть старое или освоить новое?
Мне постоянно приходится учиться. Для того чтобы быть руководителем и вызывать уважение, надо всегда быть источником новых знаний. Иначе ты очень быстро устареваешь. Это звучит тяжело, ведь человек не айфон, не обновляется автоматически ночью. Но если хочешь руководить другими людьми, быть ментором, то должен сам держать себя в такой дисциплине, которая позволяет тебе обновляться и нести новые знания, новые возможности, новую мотивацию для людей на регулярной основе.
Как вы решаете, кому из новых людей в вашей жизни можно доверять — опираетесь на интуицию или на рациональный анализ?
Если говорить о работе, то доверять надо профессионалам. Если профессиональное доверие приносит ожидаемый результат, то дальше могут и эмоциональные отношения сложиться.
Существует ли для вас понятие «интеллектуальной совместимости» в дружбе? И замечали ли вы, что вам проще с людьми, которые мыслят в другом темпе или по другой логике, чем вы?
В детстве интеллектуальная совместимость — это просто какое-то никому не нужное словосочетание. В дружбе главное — дружба. Это как в мультфильмах про Умку и Кота Леопольда, когда старшие защищают младших, младших никто не обижает, и все вместе дружно делают какое-то дело, которое доставляет удовольствие всем. Ну и самое главное, когда старшие спасают младших, плохие старшие наказаны, хорошие старшие защищают хороших младших. Ну и так далее. А с возрастом новые друзья проходят взаимную интеллектуальную оценку. Потому что дружба — это когда вместе классно смеяться, когда хочется проводить время без какой-то конкретной цели, просто из эмоционального удовольствия. В жизни это практически равно нулю после 40, потому что у всех есть семьи, ответственность, обязанности, и если кто-то с кем-то готов провести даже 30–40 минут, просто посмеявшись, будучи необъединенными никакой общей целью, кроме как доставить удовольствие друг другу разговором, для этого нужно уметь поддерживать интеллектуальный разговор. Приведу вам такой пример. Классическая история Лили Брик, Маяковского и ее прекрасного мужа. Уверена, что этот любовный треугольник никогда бы не состоялся, если бы не было интеллектуальной общности творческих людей. Красота красотой, женские чары женскими чарами, но, поверьте мне, каждый в этом треугольнике был востребован как индивид.
Есть ли у вас ритуал «перезагрузки ума» — место, занятие или состояние, в котором вы целенаправленно ничего не решаете и не анализируете?
Ответ банальный, как у инфокоучей в запретграме. Что для меня важнее всего? Моя семья. А дальше я все ситуации делю на три: напрямую связанные с моей семьей, косвенно или никак не связанные. И в каждой отдельно взятой ситуации я веду себя исходя из тех жизненных сил, которые дадут мне решить те или иные проблемы без ущерба для моей семьи. Это, скажем так, протокол. А там уж как получится, иногда не все полностью зависит от меня.
Есть ли знание или факт, который когда-то перевернул ваше представление о чем-то важном?
Когда из жизни уходят родители, начинаешь понимать, что ничего важнее семьи быть не может. Ты в принципе достаточно быстро это понимаешь, как только у тебя появляется собственная семья. Но когда уходят твои родители, по-другому начинаешь ценить время, проведенное с родными. Это можно объяснять кому хочешь, и все будут кивать головой и говорить: да-да, это важно. Но мы проживаем жизнь на скорости, которая стимулирует нас на ошибки выбора между важным и тем, что по большому счету является вторичным. И мы, выбирая это вторичное, объясняем себе, что оно сейчас важно. А когда происходит на самом деле поворотное в твоей жизни, и ты понимаешь, что больше никогда не сможешь поговорить со своими родителями, осознаешь, что ничего важнее этого в принципе и не было. Никакая работа, никакой успех, никакие достижения. Наверное, вот этот факт ключевой для меня.
Интервью: Анна Касьянова
Фото: Данил Головкин
АI: Виктор Кшиштовских