RU
После трагической смерти актрисы Хайден Панеттьери 16 августа 2026 года в её доме в Нэшвилле мировая пресса вновь обратилась к её предсмертным интервью, раскрыв глубокие и трогательные детали её внутреннего мира, материнства и борьбы за себя. В центре внимания — откровения, сделанные актрисой в сентябре 2025 года для журнала Entertainment Weekly в рамках продвижения своих мемуаров «Это я: Расплата» (This Is Me: A Reckoning), вышедших в мае 2026 года. Эти слова, переопубликованные на фоне утраты, стали не просто прощанием, а итогом её пути — от ребёнка-актёра до женщины, стремившейся исцелить себя и восстановить связь с дочерью.
В интервью EW Хайден, которой на момент съёмок было 35 лет, впервые с такой откровенностью заговорила о своей 11-летней дочери — Кайе-Евдокии, рождённой в 2014 году от бывшего партнёра, украинского боксёра Владимира Кличко.
Я горжусь тем, чего добилась в своей карьере. Но я думаю, что моя дочь действительно гордится мной, и когда ей удаётся посмотреть определённые проекты, в которых я снималась, это значит для меня целый мир.
Актриса также объяснила, зачем играла столь тяжёлые, эмоционально изнурительные роли — от депрессивной Джульетты Барнс в сериале «Нэшвилл» до героинь, страдающих от зависимости и тревожных расстройств.
Если моя более эмоциональная работа поможет кому-то там, кому угодно, не чувствовать себя настолько одиноким, то я полностью за это.
Критики и поклонники отмечают: именно через эти роли Хайден говорила с самой собой — с той девочкой, что с пяти лет снималась в мыльных операх, теряя детство, и с той женщиной, что потом боролась с зависимостями и послеродовой депрессией.
В 2014 году роды у Хайден прошли с большими осложнениями. Ей потребовалась трёхчасовая операция и семь переливаний крови. В интервью журналу Momé (июль 2025) она признавалась:
Я буквально умирала. Врачи не были уверены, что я выживу.
После — тяжёлая послеродовая депрессия. Пытаясь справиться с чувством вины и эмоциональной пустотой, актриса ушла в алкоголь и приём сильнодействующих препаратов, включая клоназепам. Врачи предупреждали:
Если не остановишься — умрёшь через пять лет.
В 2018 году Хайден приняла решение, шокировавшее публику: она передала полную опеку над Кайей Владимиру Кличко. В мемуарах она пояснила:
Я не бросила её. Я отдала её, чтобы спасти. Чтобы лечь в реабилитацию и выжить. Я не могла быть матерью, когда сама тонула.
Однако попытка вернуть дочь после выздоровления провалилась. Юридическая борьба на территории проживания отца девочки, по словам Хайден, была невозможна. В книге она написала:
Подписание тех бумаг стало самым душераздирающим днём в моей жизни.
Несмотря на расстояние, в последние годы связь с Кайей крепла. Девочка, живущая в Европе с отцом, сама инициировала звонки, говорила о «глубоких темах» — о страхах, мечтах...
Хайден называла её «своей мини-копией» — по уму, таланту и силе духа. Она подчёркивала:
Она не держит на меня зла. Это дар.
За несколько дней до смерти Хайден дала короткий комментарий для CBS News:
Я — незавершённая работа. Мы все такие. Я проживаю каждый день как он есть, делаю то, что должна, и стараюсь изо всех сил.
16 августа сердце Хайден Панеттьери остановилось. Причина смерти пока не оглашена, но источники в окружении актрисы утверждают, что последние годы она боролась с последствиями хронического стресса, травм и рецидивов зависимости.
