Валя, тебя снова занесло в сказку. Спустя год после успеха первой части “Царевны-лягушки”, вышло продолжение этой истории. А чем лично для тебя стал этот проект?
Глобально – верой в чудо и то, что мечты сбываются. Даже лягушка в пруду может оказаться принцессой, если она предпримет какие-то действия, проявит собственную инициативу. Для меня именно это было главным посылом первой части. Мне очень хотелось поднять эту тему: нужно не просто верить в чудо, а делать что-то, чтобы оно произошло. Взять все в свои руки – и тогда все получится.
В жизни у тебя та же установка?
Да, я много делаю для того, чтобы исполнялись мои мечты. Например, за год до съемок “Бременских музыкантов” я много занималась танцами и пением. Просто для души. А получилось, что притянула проект. И когда меня позвали на пробы, я к нему была готовой. Вот, это очень важная мысль – надо не просто что-то желать, а быть готовым к тому, что это произойдет.
Лягушка в твоей карьере ведь тоже возникла не случайно?
Скажем так, мой опыт работы сказочной принцессой в “Бременских” дал возможность стать царевной-лягушкой. Но обе мои героини совершенно разные.
А ты в каком-то интервью говорила, когда ты готовишься к съемкам, ты собираешь плейлист под свою роль. Какой у тебя был под лягушку?
Это были саундтреки из “Шрэка”. Мой любимый мультфильм…
Я заметила пасхалочку в первой части…
Я очень люблю цитировать и отправлять скрытые послания насмотренному зрителю. А вообще глобальная атмосфера мультфильма и сама Фиона – это для меня основной вдохновляющий образ. И черты Фионы можно усмотреть в моей Василисе – обе восторженные, обе мечтают про определенные перевоплощения благодаря любви. Но во второй части “Царевны-лягушки”, конечно, совсем другие темы.
А где проходили съемки?
В Санкт-Петербурге. После первой части у меня был разговор с продюсерами, режиссером, сценаристами – мне очень хотелось добавить больше масштаба, больше сказочности, больше глубины образа. И мне дали такую возможность – участвовать в создании моей героини, начиная от грима и костюма, заканчивая репликами.
Мы поменяли концепцию и сделали моей Василисе максимально современный образ – худи, кеды… При этом не забывали вести и линию принцессы, добавляя корсеты. В одной из сцен я бегу в красивом свадебном платье. Оно было так сильно затянуто, что я еле дышала. Но искусство требует жертв. Я в этом плане максималистка и перфекционистка. И для того, чтобы все было идеально в кадре, я готова была практически идти на эту жертву и практически не есть на съемках.
Профессия актрисы предполагает много разных умений. Чему за годы актерства научилась ты?
Трудно сказать. Я летала на дельтаплане, училась кататься на картинге, погружалась на глубину 5 метра. Последнее было для проекта “На крыльях”, мне тогда было лет 10. Что еще… Я научилась играть на виолончели, ходить в тугих корсетах… Семь лет занималась тхеквондо, танцами, пением, но это те навыки, которые у меня были с детства, и я их смогли привнести в роли.
А любимые партнеры по съемочной площадке появились? Те, которые могут в случае чего подсказать забытую реплику…
Я всегда очень подробно готовлюсь к роли и считаю, что текст – это то, что актер обязан не просто знать, но и помнить все его вариации. Например, с импровизационными моментами, которые он придумал. Работая с разными профессионалами, особенно более взрослыми коллегами, я всегда у них учусь. Например, на съемках “Бременских музыкантов” мы много общались с Марией Ароновой. И она мне иногда давала какие-то профессиональные советы – то, о чем я никогда бы не задумалась. За это я ей безумно благодарна.
Я читала, что из-за вот занятости в кино у тебя не вышло получить актерское образование. Мешает ли тебе это сейчас?
Я поступала во времена карантина. И вто время очень многие проекты замораживались, и у меня остались незаконченной работа. Я об этом частно сказала педагогам, на что меня поставили перед выбором: “Ты не можешь сниматься и учиться одновременно”. И я решила, что бросить роль – верх непрофессионализма и профнепригодность. Это раз. А во-вторых, там были огромные штрафы. Но что ни делается, все в лучшему. Если бы я отказалась от съемок, у меня не было бы этих ролей, которые вы можете сейчас видеть – на них я очень выросла. И я не жалею, что я ушла и не отучилась в ГИТИСе или МХАТе. Я считаю, что у каждого свой путь. При этом я не отрицаю учёбу, я хочу получить актерское образование. Просто, может, не такое долгое, когда ты сидишь 4 года в четырех стенах и перестаешь сниматься.
У тебя есть какие-нибудь табу, чего ты никогда не будешь делать в кадре?
Я не люблю раздеваться – считаю, это другой жанр и другая профессия. Но я, я говорю только про себя. И не осуждаю тех, кто это делает. Значит, они в этом плане более свободные личности, чем я. И, возможно, и для них это не несет такой эмоциональной нагрузки, как для меня. Вот и все. А так я открыта в творческом плане. У меня нет ограничений в жанрах, и я всегда готова к чему-то новому.
Меня всегда интересовало, как это – как целоваться с партнером по сцене, если он тебе не особо нравится? Наверняка у тебя же было такое, какие у тебя актерские лайфхаки?
Первое – это контакт. Нужно пообщаться и хоть как-то сблизиться в человеческом плане, познакомиться друг с другом. Второе – найти те качества и черты положительные, которые тебе нравятся в этом человеке, и акцентировать внимание на них. Ну и, конечно, вера в обстоятельства – тогда вот это все работает.
Строишь ли ты планы на будущее?
Конечно. Я пишу цели и делаю все для того, чтобы их достичь.
И к чему ты идешь в актерском плане?
Я считаю: что меньше слов, больше дела. Поэтому, тут, извините, я увернусь от ответа. Скажу лишь, что я очень серьезно настроена на свою работу и хочу копать еще глубже в актерском плане. Так что пока я буду тихо вершить свою судьбу, а потом вы сами все узнаете.