"Мы будем в кадре босиком", - предупреждает Сюзанна перед съемкой. Белый цвет, лаконичный крой, отсутствие обуви - все это ее с Риналем идеи, а не советы стилиста. То, какими они себя видят и чувствуют, ничего лишнего.
Простотой и внутренней целостностью они и привлекают. В Сюзанне ни грамма жеманства и наигранности, Риналь - открытый и искренний. Прошло полтора года после нашего первого интервью и его главной роли в картине "Притяжение", а он ничуть не изменился. Разве что стал известен на всю страну: график съемок и спектаклей, за который отвечает его бессменный продюсер Сюзанна, у Риналя теперь расписан на год вперед. Главное, что он все так же честен и требователен к себе и другим: даже во время фотосессии не выходит из кадра, пока не получает лучший результат из возможных.
"Интересно послушать, что расскажет Сюзанна", - с улыбкой отвечает он на предложение парного интервью. Правда, начинается разговор не с личного, а с последних новостей: пара не так давно вернулась с "Кинотавра", где новый фильм Риналя "Временные трудности" приняли довольно неоднозначно. В центре сюжета - история молодого человека с ДЦП (его играет Мухаметов), который, вопреки суровым методам воспитания и обстоятельствам, становится популярным бизнес-тренером. Жестокое обращение с героем Риналя его экранного отца и стало камнем преткновения.
Реакция на фильм была разной, но в любом случае эмоциональной. Как вы это восприняли?
Я очень удивился: в фильме есть спорные моменты, но точно не те, которые всех так возмутили. Никто из нас не призывал зрителей к жестокости. Наоборот, мы делали историю, основанную на жизни реального человека — бизнесмена Аркадия Цукера, и у него все было именно так. Я создавал этого героя, держа в уме свое восхищение такими людьми, как Аркадий. И в итоге получил… Я же в профессии не ради наград — мне важно существовать в диалоге со зрителем, чтобы был какой-то "коннект". И когда выяснилось, что диалога не получилось, я спросил у Сюзанны: "Сюз, может, я что-то не понял? Ты скажи, что не так". Потому что жена хладнокровно оценивает мои работы — мы всегда говорим друг другу правду.
Мы с Риналем долго обсуждали это кино во время съемок, говорили о том, как тяжело людям с ДЦП в России. Основная задача фильма "Временные трудности" — обратить внимание на суровые условия, в которых они живут, улучшить их. Но, к сожалению, все поняли не так, из-за чего Риналь начал заниматься самоедством. Он же очень критично относится к себе. У него есть внутренний цензор и есть еще один самый важный критик — Кирилл Серебренников. Поскольку его не оказалось рядом, ситуация стала для Риналя настоящим стрессом.
Риналь, это ведь очень близкая для тебя история, и ты даже проводишь параллели между героем и своей жизнью.
Да, какие-то общие моменты у нас есть — из-за моего заикания. Мое детство, конечно, было далеко не таким жестоким. Я рос в невероятной любви: абика (на татарском — "бабушка". — Ред.) и мама заботились обо мне так, что я до сих пор эту заботу ощущаю. Но определенные проблемы были: если меня отправляли в магазин что-то купить; с ребятами, смеющимися надо мной в садике и в школе. Я понял, что нужно что-то менять, когда соседка спросила: "Риналь, ты почему никогда не здороваешься? Это некрасиво". Я сказал, что мне неудобно, потому что я заикаюсь, и услышал в ответ: "Ты что?! Ты же такой интересный мальчик! С тобой все хотят поговорить. Перестань". То есть я справился благодаря любви, пониманию, правильным словам, сказанным в правильное время.
Твоего героя, получается, наоборот, к победе привело отсутствие таких слов?
А вот это как раз не совсем верно — это многие и не поняли в нашем кино. Там есть любовь и поддержка со стороны мамы и учительницы в школе. Даже если кто-то один сказал, что он в тебя верит, это уже имеет значение. Важно, чтобы он верил искренне, — не дежурное "ты молодец". Для меня таким человеком является Кирилл Серебренников, который полностью изменил мой взгляд на мир. Я был как спортивная лошадь, видевшая только то, что впереди нее, а Серебренников открыл мне все 360 градусов обзора. И, конечно, еще один важный человек для меня — Сюзанна.
Как долго вы друг друга знаете?
Познакомились мы очень давно. Когда это было?
Семь лет назад?
А не десять? Или восемь. (Смеется.) В общем, Риналь был на третьем курсе Школы-студии МХАТ, а я со своей подругой, актрисой Дашей Мельниковой, организовала вечеринку для учащихся театральных вузов. Риналь тогда играл в группе "Корпорация "Желтый Асфальт", я слушала их песни — можно сказать, была фанаткой — и решила их пригласить. Даже имени солиста точно не знала: Риналь пел под псевдонимом. Мы познакомились и быстро подружились. Я начала работать на проекте "Платформа", затем в "Седьмой студии". Так прошло шесть лет, за которые Риналь стал моим самым близким другом.
"Я как-то прочитал у Толстого, что у каждого человека должен быть один самый близкий друг. Для меня это Сюзанна"
В какой момент дружба переросла в нечто большее?
Сюзанну все поначалу воспринимают как милую дружелюбную девушку. И это в ней, безусловно, есть. (Смеется.) Но она также мудрая, сильная и невероятно пробивная. Вы же слышите, что она уже перед первой встречей продумывала, как познакомиться. Конечно, мне это импонировало, но я тогда состоял в браке (Риналь ранее был женат на актрисе Каролине Ерузалимской. — Ред.). Сейчас я благодарен той, с кем был рядом: этот опыт оказался полезным. Просто постепенно я стал терять себя в отношениях и понял, что ничего не получается. Причем переживаниями я делился именно с Сюзанной. И однажды осознал, что без нее ничего не могу в принципе. Пришел к ней и, как в песне Бутусова, сказал: "Я хочу быть с тобой". (Улыбается.)
К тому моменту у меня тоже возникли чувства, просто они проявлялись постепенно: чем больше я узнавала Риналя, тем сильнее в него влюблялась. Но обстоятельства не давали мне воли, к тому же я очень дорожила нашей дружбой. Даже когда мы начали жить вместе, волновалась, что потеряется эта дружеская связь, начнутся оговорки, недопонимание… Но этого не произошло.
И секретов друг от друга у вас нет?
Верно. И это огромное счастье, когда тебе ничего не надо прятать в телефоне, ставить пароли — живешь в гармонии, потому что полностью открыт человеку. Даже ребята театральные не верили, что у нас все так построено. Наверное, поэтому мы поначалу и скрывали отношения: творческая среда, все друг друга знают, все обсуждают. Нам этого не хотелось.
Вы и поженились практически тайно…
А это было смешно, потому что у нас — тогда еще "в проекте" — появилась Эвия.
Появилась и дала отмашку: "Скоро буду — к этому моменту уж будьте добры…"
Просто для меня брак, свадьба всегда были какой-то бытовой частью жизни. Я настолько ничего не хотела доказывать государству, что никогда об этом не мечтала.
Мне же было просто все равно. Хотя, если бы Сюз захотела, я бы организовал ей и выкуп, и платье с фатой. (Улыбается.)
Так что мы приняли решение расписаться, поняв, что иначе нас ожидает бумажная волокита. С плотным графиком Риналя не было бы времени бегать и доказывать кому-то его отцовство. И да, я специально просила его никому не говорить о регистрации. Рано утром поехали в свитерах в загс: мимо проносились нервные невесты, а мы спокойно поставили подпись, отказались от фото на память и магнитиков… Разве что папку для свидетельства о браке за тысячу рублей нам всучили: оказалось, документ якобы ни в коем случае нельзя складывать. (Смеется.) Зато теперь я держу в ней все важные бумаги — полезная оказалась вещь.
Вы явно не любители романтических жестов.
Для нас ценнее сами отношения. Нет определенных чисел, когда я должен обязательно подарить букет, — зачем, если мы можем делать друг другу подарки каждый день?
Мы не паримся по поводу праздничных дат — единственный пунктик у меня насчет дней рождения: всегда хочется отмечать их вместе, а не на работе. Благо я, как продюсер Риналя, могу корректировать и его, и свой график. (Улыбается.) Например, в этом году мы на мой день рождения, 1 апреля, уехали в Париж вместе с Эвией, а 5-го отправились в Диснейленд и отпраздновали там день рождения дочки. И никаких подарков — просто устроили себе это сказочное путешествие.
Насколько сильно ваша жизнь изменилась с появлением Эвии?
Если и изменилась, то только в лучшую сторону. Есть же такой стереотип: мол, с ребенком теряешь покой и сон. "Придется потерпеть, ребят", "Три года спать не будете" — примерно такие слова говорили друзья, когда я была беременна. А в итоге все оказалось совсем не так страшно — просто мы с Риналем стали более организованными. Ну и выработалось терпение, хотя оно было и до этого: в отношениях с другим человеком тоже иногда понимаешь, что, если дашь в ссоре волю эмоциям, уже через пять минут пожалеешь. С ребенком то же самое. Только веселее. (Улыбается.)
Нам еще повезло с Эвией: она, конечно, девушка с характером, но практически никогда не доводит дело до истерики. И я рад, что рабочий график позволяет проводить с дочкой достаточно времени.
Мы, кстати, ходили на курсы для беременных и там разбирали все страхи и подводные камни. Поняли, что главное — не относиться к появлению детей как к тяжкому испытанию. Они же все чувствуют. Мы с Риналем стараемся настраиваться на позитив и быть для дочки прежде всего друзьями, а не строгими родителями. А еще в воспитании Эвии нам очень помогают обе бабушки.
Далеко не все знают, что ты, Сюзанна, и сама когда-то училась на актерском. Как ты стала продюсером Риналя?
Это довольно длинная история, которую я почти никому не рассказывала. Еще в родном Мурманске я училась в театральной школе. Потом, уже в Москве, — на подготовительных курсах в Школе-студии МХАТ, но в итоге не поступила. Что меня не остановило — все равно постоянно ходила на актерские пробы и на вступительные экзамены в театральные вузы. Я такой человек — буду ломиться в закрытую дверь до победного. В конечном счете даже каким-то образом снялась в двух фильмах.
Она стесняется — на самом деле Сюзанна играет очень круто.
Важно другое — после этих двух проектов судьба занесла меня на "Платформу" Кирилла Серебренникова, где я поработала во всех возможных сферах. Кем там только не была. Сначала пресс-секретарем, позже помощником режиссера, заведовала труппой "Седьмой студии", досконально знала расписание актеров, на мне были организационно-административные функции.
Поэтому вполне логично, что именно Сюзанне все стали звонить в первую очередь, когда дело начало заходить о съемках и интервью со мной. Так с тех пор и повелось.
Сюзанна, и сегодня у тебя нет актерских амбиций? Не хочется снова в кадр или на сцену, чтобы быть в центре внимания?
Я поняла, что я не актриса: во мне нет этого рвения, желания быть на сцене. А вот организаторские способности как раз есть. Это мое, я это чувствую. Рядом с Риналем я на своем месте. Решать все вопросы без посредника нам удобнее и быстрее.
И никакой профессиональной ревности у нас нет: работаем в слаженном тандеме и все делаем сообща.
А как быть с обычной ревностью? У вас в паре это чувство возникает?
Мы с Сюзанной через столько всего вместе прошли, и она так хорошо знает меня… О какой ревности речь, если мы даже о своих симпатиях любим говорить вслух. Я могу сказать ей: "Какая красивая актриса", а она со мной согласится или потом скажет про прохожего на улице: "Посмотри, какой парень видный". (Улыбается.)
А в путешествиях по Европе так вообще идем по улице и говорим друг другу: "Господи, какие красивые люди!" (Смеется.)
Во время поездки в Париж тоже был приятный эпизод: нам понравилась пара, сидящая на скамейке, — парень мулат и его девушка. А они возьми и подойди к нам. Сказали, что у нас очень красивая дочь.
Эвия аж глаза закрыла от удовольствия. Два года человеку, а она уже умеет кокетничать. Кстати, кто в нашей семье точно ревнив, так это дочка. Не дай бог увидит нас рядом с каким-то ребенком.
Вы называете дочь своим другом. Планируете в ближайшее время пополнение в вашем дружеском кругу?
Как раз недавно это обсуждали и пришли к выводу, что все-таки нет. Нам пока хочется подольше пообщаться именно с Эвией.
И чтобы дочка насладилась детством. А потом, через какое-то время… Мы не загадываем, но точно уверены: впереди немало интересного.
Макияж: Марина Архипова/Max Factor. Прическа: Елена Титова/Wella Professionals. Одежда: H&M Studio. Благодарим за помощь в организации съемки кафе Sanremo